А пока я чувствую себя такой легкой... легкой... Я даже не могу сказать, что мне плохо. Потеряв близкого человека, только через несколько дней начинаешь понимать, что он умер. Не говорите со мной. Не двигайтесь. Воспользуемся этой передышкой, чтобы понять. Потому что такую вещь, мадемуазель, очень трудно понять. Представьте себе женщину и мужчину, обожающих друг друга, которые живут друг для друга, не расстаются никогда, даже для работы, которые никогда ничего не скрывают друг от друга, признаваясь в малейшей слабости, которые... (Закрывает глаза.) И вдруг несчастье входит в дом! Его лицо-это лицо миленькой девочки, обвиняющей вашего мужа в том, что он чудовище, и извиняющейся за то, что она стала его сообщницей. Подобные вещи очень трудно понять. Перестаньте рыдать. Разве я рыдаю? Я наблюдаю. Я слушаю. Я спрашиваю себя: не сплю ли я, существую ли я, остался ли мир миром? (Садится.) Я встаю (встает), я двигаю ногой, я поворачиваю голову. Я делаю шаг вперед... Отступаю. Я существую. Правда, существую. И я двигаюсь с вашим кинжалом в сердце.

Лиан. (в экзальтации) Мадам, мадам, я не могу видеть вас в таком состоянии, слушать вас! Я покину Флорана, и все снова станет так, как будто бы меня нет, как если бы меня никогда не было. Мадам! Вы меня пугаете! Я умоляю вас... мадам...

В это время раздается громовой бас, поющий во все горло арию из "Тоски".

Эстер. Еще раз я сэкономила на часах с браслетом...

Лиан. Часы с браслетом?

Эстер. Да так, пустяки... Не считайте, малютка, что я на вас сержусь. Вполне естественно любить Флорана, сходить от него с ума. Гораздо менее естественно изменять ему или покидать его.

Лиан. Нет, вы все еще не понимаете, кто вы такая, вы говорите, как любая другая женщина.

Эстер. (полируя ногти) Возможно, что он любит вас так сильно, как вам кажется, как вы предполагаете, и что ваша актерская природа заставляет вас играть роль...

Лиан. Мадам!

Эстер. Не возмущайтесь. Я просто ищу... Ищу... Это так странно. И как долго длится ваша... связь?